SLAVDOM

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SLAVDOM » Легенды о героях » Сирин | Птица Несчастья | Фирмаре


Сирин | Птица Несчастья | Фирмаре

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

http://insidemediatrack.com/wp-content/uploads/2012/11/3108008-high-merlin-vrs-1024x682.jpg
Katie McGrath

in capul tau
родился котом - ешь мышей

1.1. имена
Сирин/Sirin
Люди не должны видеть созданий из сказок, что вечером зимним у камелька рассказывают,  Яви, поэтому при встрече с простыми смертными неизменно называется Боженою.
1.2. сущность
Оборотень

dreptul la viață
и чёрт красив, когда молод


2.1. о персонаже
Лета: выглядит на 25 годочков
Титул: член совета
Дары: Сирин не зря иногда называли Птицей-Буревестником или Птицей Несчастья. Она поет о грядущем блаженстве, маня к себе смертных. Но сладкий голос ее опасен – он лишает несчастного воли и разума, заставляет забыть обо всем на свете, зовя вслед за Птицей туда, куда она направит. Например, на войну с ненавистными Видере. Человек, услышавший Сирин,  бросит отчий дом, семью, любимую, даже о сне и еде не вспомнит, попав под власть клана Фирмаре.
Повесть:
Сложно сказать наверняка, каково истинное происхождение Сирин. По одной из баек, родилась Птица в далекой Греции, где была одной из нимф-спутниц  юной богини Персефоны. Но коварный Аид похитил красавицу, за что не сумевшие ее защитить нимфы и пострадали.  Пали они жертвой гневного проклятия Деметры, матери юной Персефоны.
Кто-то сказывает, что вовсе не из Греции Сирин прибыла в Карпаты, а с Руси. Родственницей Велесу приходится Птица, дочкою. Но сама она отмалчивается загадочно, если спросить напрямик. А без прямого ответа и не угадаешь – ведает об обычаях обеих стран, понять можно, что и там, и там побывала Сирин.
Так или иначе, Птица, постранствовав,  явилась в Карпаты, где и осела, примкнув к клану Фирмаре. С тех пор, верно служит ему. Беспрекословно выполняет приказы Кощея, но однако не может удержаться и от того, чтобы интриговать помаленьку. Баба Яга для ее настоящий лидер, льстивым речам же нынешнего главы клана она не особенно верит. Была бы не прочь видеть ее во главе, как женщину, по ее мнению, достойную уважения и мудрую. Она единственная, кто разглядел силу в вечно мрачной пташке, которая теперь платит взаимностью и верностью.
В клане пользуется уважением. Дружна с Алконост, которая приходится в жизни Сирин существом в чем-то родственным, а потому способным влиять на ее решения.
Ненавидит клан Видере всей душой, а потому не упустить возможности бросить камень в их огород. Скажем по секрету, посматривает с интересом в сторону Гамаюн, почитая ее неплохим воином, что мог бы принести клану Фирмаре немалую пользу.

О птичках, таких непростых
На все имеет свою точку зрения. И ничуть не стесняется ее высказывать, если только это не приведет к прямой для Сирин невыгоде. Крута норовом, может и в глаз засветить, ежели вдруг случатся между вами и Птицей сильные противоречия. Мстительна и злопамятна, оттого, что искренне уверена: если поступивший с тобой нехорошо не получил полной взаимности, то впредь онне будет сильно задумываться, а повторит содеянное. Однажды обманутое доверие в ее глазах является непростительной ошибкой. Смятый в комок лист бумаги можно расправить, но следы все равно останутся и прежним он уже не станет.
Несколько самоуверенна и эгоистична. Никогда не сдается, практически всегда доводит дело до логического конца.
Сирин относится к тем существам, которые не ведутся на слухи, пошепты и наговоры. Девушка верит лишь тому, что может увидеть это собственными глазами, понюхать,  попинать мыском сапога, а еще лучше – попробовать на зуб. Но уж если истину нащупала, то уже с места не тронется и не даст себя провести. Она не мягкая глина и не воск, чтобы ее можно было вылепить по кем-то заданным идеалам.
К переживаниям других людей относится с прохладцей, особенно если они не касаются лично Сирин. К новым людям относится с некоторым недоверием, открытой книгой ее уж точно не назовешь. Свои переживания и эмоции предпочитает от других скрывать. При попытках беседовать на личные темы отделывается общими фразами и уходит от разговора (а вы заметили, какая замечательная погодка нынче?).
Вольная, любит свободу и не терпит попыток таковую ограничить. Горда, порой даже болезненно.
Сирин - прирожденная убийца и воительница. Хладнокровна и обладает поистине мужской выдержкой. Любит и ценит оружие, а также умение оным владеть. Старается уделять время тренировкам,  считая, что это закаляет и тело, и дух.  Практически не чувствительна к боли.
Имеет острый ум, сообразительна, обладает логическим мышлением. Склонна анализировать поступающую информацию, находя в потоке данных суть и принимая ее к сведению. Способна учиться на своих ошибках. На просчетах других, впрочем, обучение приятнее.
Строга к людям и к себе, особенно в принципиальных для нее вопросах. Если дала слово, то сдержит его. Обладает несгибаемой волей и недюжинным терпением. Умеет ждать, ибо не всякую крепость можно взять наглым нахрапом.

2.2. пробный пост

Свернутый текст

Заброшенный тракт пыльной лентой ложился под копыта коня. Туманный лес тянулся вдоль дороги, то отступая от нее на несколько метров, то подбираясь почти вплотную. С другой стороны от торного пути, уже начавшего зарастать травой, виднелись горы. Марена мерно покачивалась в седле, борясь со сном. Окружающий пейзаж, остававшийся практически неизменным с самого утра, уже начал набивать оскомину. Мысленно девушка на все лады костерила руководство второго отдела Алмазной Тысячи, пославшее ее сюда в качестве специалиста, дабы разобраться с тем, кто в местном лесочке люд честной обижает. Людей тут, к слову говоря, жило немного. За время пути Марена встретила только две деревеньки на три и пять дворов, больше похожие на разросшиеся со временем заимки. Вообще Мара смутно подозревала, что местное население исчезает не в желудке какой-нибудь твари, поселившейся в лесу, а повинны тут работнички ножа и топора, почему-то облюбовавшие этот полузаброшенный тракт. Нелогично, конечно, им бы податься туда, где и путников больше, и обозы ходят чаще, но правдоподобно. Особенно, если поверить в то, что не в меру прыткий дедок, живший в последнем посещенной Мареной селении, из видавшего виды арбалета, который можно было смело считать раритетом, подстрелил не какого-нибудь дикого кабанчика, так неудачно подошедшего к селению. Местное крестьянство, конечно, старику не верило. Мол, дед, еще основание мира видал, стреляет из рук вон худо да и как он в густых сумерках-то разглядел, в кого болт влепил. Но Марена все равно этот случай запомнила и взяла на заметку: уже больно истово клялся дед, что подбил человека, даже призывал в свидетели всех богов оптом и в розницу.
Обормот переставлял копыта, на практике познавая длину заброшенного тракта. Умная животина, очевидно, чуяла поганое настроение своей хозяйки, а потому даже не порывалась схватить какую-нибудь особо аппетитную ветку кустарника или и вовсе остановиться, дабы пощипать травки. Видимо, мысли о конской колбасе забредали в голову не только Марены.
Марена ехала по тракту до самого вечера, но ничего мало-мальски интересного так и не произошло:ни тварь,за головой которой девушку послали, из лесу не выскочила, ни разбойнички на дорогу не выпрыгнули. Даже путника никакого не встретилось. В общем, никакого разнообразия для уставшей от неизменного пейзажа и пути Мары.
На ночлег устраиваться девушка решила чуть в стороне от дороги, немного углубившись в лес. Разбивать стоянку возле самого тракта Маре казалось глупым: место-то открытое, а мало ли кто тут ночью поехать может.
Голоса, доносившиеся откуда-то из леса, Марена услышала, еда только вошла в него шагов на пятнадцать. Слышно было плохо из-за разделявшего говоривших и девушку расстояния и деревьев. С учетом пропажи на данном участке заброшенного тракта пяти путников и семи голов домашнего скота, следовало бы проверить, кто там обосновался. Если это, например, обозники, то можно извиниться за беспокойство и раствориться в лесу.
Дальше Марена двигалась уже тише и аккуратнее. Даже конь после хозяйского тычка в бок все осознал и больше не порывался заржать. Оставив животное привязанным к дереву, как только голоса стали отчетливее, и бросив под куст сумку с вещами (если этого копытного поганца сведут, так может, хоть пожитки под ветвями не увидят), Марена пошла дальше уже одна и налегке.
На полянке, скрытой от посторонних глаз густыми кустами, было многолюдно. В воздухе пахло едой. Вокруг горящего костра сидели четверо мужиков откровенно бандитского вида. В то, что широкоплечие и мордатые молодцы непотребно заросшего вида в оборванной одежде зашли в лесок дабы собрать букетик цветов для любимой матушки, Мара не поверила бы даже в нежном детстве. С такими рожами только на дорогах грабежом и промышлять, чем эти товарищи, кажется, и занимались. Для Марены это был как раз тот момент, когда она жалела, что не умеет стрелять из арбалета или метать ножи. Эти умения сейчас здорово облегчили бы ей жизнь.
Один из потенциально пропавших на заброшенном тракте был привязан  у дерева. В паре десятков шагов от него лежал кто-то. Марене было плохо видно этого человека, но, кажется, он был ранен. Из брони на разбойниках имелась только собственная самоуверенность. Оружие у молодчиков тоже имелось – мечи и, как предполагала Мара, ножи где-нибудь в голенище сапога или за поясом. К счастью, арбалетов, луков и прочей гадости, предназначенной для убиения себе подобных на расстоянии. Обнадеживало, хотя нельзя было исключать и того, что Марена видит не все оружие или что в нее не метнут нож, выловленный из рукава. Как хорошо, что девушка носит кольчугу.
Неизвестно, сколько еще наемница анализировала бы ситуацию и прикидывала, как ко всей этой компашке лучше подступиться. Дело решил случай. Один из разбойников встал со своего места и направился прямехонько к тем кустам, за которыми затаилась Марена. Девушка было подумала, что чем-то выдала себя. Но оказалось, что мужик просто выбрал неудачное время и место для того, чтобы сходить до ветра. Прямо  так, со спущенными штанами, его Марена и прирезала, подобравшись со спины. Жаль только, этот гад крикнуть успел.
На поляне Марену уже ждали три представителя разбойничьей шайки, недовольных сложившейся ситуацией. Первым на девушку бросился мордатый бугай, первым схватившийся за меч. У других то ли оружие лежало дальше, то ли бегали они медленнее. Пользуясь разницей в пропорциях, Мара каким-то ей самой непонятным образом умудрилась проскользнуть у мужика под рукой, мечом полоснув по открывшемуся боку. Молодчик застыл на месте, не сразу осознав, что случилось. Алое пятно на видавшей виды рубашке быстро расплывалось. Мужик схватился за бок, пытаясь зажать рану, из которой хлестала кровь, и рухнул на землю. Его товарищи взгрустнули, но не настолько, чтобы тактически отступить.
- Слышь, баба! Ты давай того, по-хорошему, - глумливо ухмыльнулся один из мужиков. – Может, тебе с нами еще и понравится. Мы ужо постараемся, - товарищ поддержал сальную шуточку смехом.
Это была стратегическая ошибка со стороны разбойников. Даже две. Во-первых, Марена не любила сальных, двусмысленных шуток. Особенно по отношению к женщинам. Вдвойне особенно по отношению к себе. Во-вторых, баба – это лет за сорок, пяток пищащих детей, хозяйство и вечно недовольный чем-то муж, которого время от времени приходится за щкварник вытаскивать из ближайшей корчмы. У Мары не было ни того, ни другого, ни третьего. И упасите Фаид и Скигай ее от такой судьбы. Если до этих слов у мужиков и был какой-то шанс на выживание, то теперь они его утратили окончательно и бесповоротно.
Драться одновременно с двумя вполне себе рослыми мужиками – то еще удовольствие. Особенно, когда один из них так и норовит зайти тебе за спину, пока товарищ принимает удар на себя. В какой-то момент Марену неприятно зажали в тиски и девушке пришлось сделать ход конем – уйти перекатом, не дожидаясь, пока разбойники снесут ей дурную головушку.  Резко развернувшись, Рена прилично полоснула одного из мужиков, такого финта явно не ожидавших, по спине. Один отпал, остался один.
Последний из выживших ясно понимал, что его ожидает, а потом рубился, как бешеный. Зверь, загнанный в угол, - он, как известно, опаснее. Марене пришлось  туговато. Руки уже начали понемногу уставать от махания мечом непрерывного, да и невесть когда полученная царапина на ноге знать о себе давала, начав кровоточить сильнее от активного движения. Если Мара хотела победить и выжить, то следовало бы предпринять что-то радикальное, а не продолжать опасливо танцевать на границе досягаемости от меча разбойника, разрывая дистанцию всякий раз, когда его клинок оказывался слишком близко, и парируя удары чужого оружия. Шанс на неожиданный финт предоставил девушке сам разбойник: увлекшись атакой, он не заметил, как Мара зашагивает все дальше и дальше в сторону. В какой-то момент ей удалось буквально на секунду-другую прижаться к плечу мужчины, заблокивать его меч своим и резко крутанувшись ударить по открытой спине, которую он уже не успевал защитить. Клинок рассек чужую плоть легко, будто масло. Разбойник еще попытался отмахнуться от девушки, но удар пришелся вскользь, кончик меча мазнул по кольчуге.
Марена согнулась в пояснице, тяжело дыша. Воздух с хрипом врывался в легкие, руки побаливали от усталости, царапина на ноге, хоть и не слишком глубокая, но все же неприятная, кровоточила. Подняв меч, девушка прошлась по тем, чья кровь сегодня обагрила эту полянку. Одного, того, кто выбыл вторым, пришлось добить. Смахнув со лба пот, девушка поплелась к раненому, дабы с ним разобраться. В том, что он был одним из шайки, она не сомневалась. Единственный человек, непринадлежность которого к разбойникам не вызвала у Мары сомнений, был привязан к дереву.
Раненого лихорадило и Рена подумала, что серьезным противником он быть не может. Это и стало роковой для нее ошибкой. Человек, по всей видимости, жил по старинному принципу «Умру, но ногой дрыгну. Получи, скотина!». В согласии с ним же он предпочел и умереть.
Марена не заметила, как и откуда в его руке появился нож. Мужчина метнул его коротко, без замаха, но попал. Нож вошел в бедро девушки, не защищенное кольчугой, как по маслу. Рена дернулась от боли, припала на одно колено, но все же нашла в себе силы подняться и добить поганца. Все, теперь, кажется, окончательно.
Сильно хромая и припадая на больную ногу, Марена побрела к дереву. Выдергивать нож самостоятельно она боялась. Если вдруг девушка потеряет сознание от боли, то зажать рану и остановить кровотечение будет уже некому.
Кое-как дошкрябав до мужчины, Марена, до крови закусив губу от боли, наспех перерезала сдерживающие его веревки. На это ушли остатки сил и самообладания, девушка шлепнулась на землю рядом с незнакомцем.
- Поможешь мне, - интонация подкачала, будучи немного далекой от просительной. Скорее, констатация факта и постановка мужчины перед тем, что неизбежно. Хорошо бы, он в благодарность за свое спасение все-таки помог Марене.

făţărnicie
как соль в глаза

3.1. связь с вами
fairycloudberry

+4

2

Добро пожаловать!
Вот ты и стал частью нашего мира, мира где не прекращается праздник, где праздник - война. Мы рады сообщить тебе, что до начала игры осталось совсем чуть-чуть: всего-то отметиться в организационных темах и оформить личное дело - оставить ниже два сообщения, одно с хронологией, другое - с отношениями.

Колдовству, как известно, стоит только начаться, а там уже его ничем не остановишь.


Полезные ссылки:
Личное званиеЗанятые внешностиСписок героевЗаказ графики в профильПоиск партнера для игрыВыяснение отношений

0


Вы здесь » SLAVDOM » Легенды о героях » Сирин | Птица Несчастья | Фирмаре


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC